Alexis Malfoy
Вас, чистокровных, не поймёшь:
Одни аристократы, другие видят всех насквозь,
А третьи любым рады.
Кто ты из них? Я не пойму.
Горда, высокомерна. Но в тебе вижу доброту,
Мне помогаешь по-уму
Вести себя среди других, вести себя степенно.

  Ну что ж, фамилия говорит сама за себя. И в твоём воспиатнии принимали участие не только родители, но и гувернантки. Самые лучшие из всех, что вообще есть в магической Англии. В три года тебя научили красиво держаться в обществе, с шести лет обучали светским разговорам. Чтобы вырастить аристократку, достойную зваться Малфой, потребовалось много сил и много времени. Однако же ты всё равно не получилась до конца снобом и занозой.
  Твой характер я поняла сразу, ещё первого сентября. Ты держалась особняком от всех, но ощетинивалась сразу же, как только неуважительно отзывались о твоей семье. Держала своё слово, не боялась высказаться. Наверное, за это тебя стоило бы уважать. А мне вдруг ты оказалась противна. С чего бы? По-моему, всему виной моё воспитание. Я привыкла быть единственной храброй девочкой, выскочкой и самоуверенным человеком. И тут какая-то Малфой будет всё портить?...
  Но в общежитии Слизерина тяжело выжить, если ты не знаком с его студентами. Все знали друг друга, хотя бы отдалённо. Держались группками. Кем была я? Я была бы изгоем, если бы не ты. Более близкое общение, наблюдения за тобой. Ты стала для меня примером, эталоном аристократки. Слизеринки. Нет, не потому что ты такой была. Просто внучка Нарциссы Малфой не могла не удостоиться моего внимания.
  Сейчас, глядя в прошлое, я понимаю, что всё делалось во благо и себе, и другим. И уже не жалею ни о Слизерине, ни об Алексис Малфой в списке друзей. Полезные связи всегда нужны. Но ты для меня больше, чем просто человек, с помощью которого можно пробиться в светское общество.

Andromeda Lupin
Я помню твои ещё детские глаза,
Наивный смех и пухлые ладошки.
Ты не умела жать на тормоза
И не пыталась быть совсем хорошей.
Оторва, дебошир и хулиган,
Ребёнок с острым шилом в мягком месте,
Самоуверенный нескромный хулиган,
Но мой двойник. И мы по-жизни вместе.

  Как жаль, что годы летят незаметно. Я не вижу, как меняюсь сама, но как меняешься ты... О, это тяжело не увидеть.
В детстве мы всегда были вместе. Когда было страшно, залезали друг к другу под одеяло и пытались развеселиться, чтобы темнота отступала, чтобы все страхи отступали. Защищали друг друга, если кто-то нашкодил. "Это не она, это я!"- а в глазах стоят слёзы, и злобный взгляд на двойняшку, чтобы молчала. Мы могли запутать взрослых так, что все уже забывали из-за чего произошёл конфликт. А отец, качая головой, склеивал вазу или восстанавливал поломанные стебли красных цветов. Тех самых, которые любила мать.
  Нас не разъединяли разные увлечения. Мне нравился рок, тебе - классика. Я любила The Sex Pistols, ты - Штрауса. Мы могли часами говорить взахлёб о своих открытиях, увлечениях. Хоть мы и были всегда вместе, у каждого находки были разными. Эти две половинки одного мира мы никак не могли склеить, но отчаянно пытались заполнить пустоту. А мир ломался на глазах.
  Когда мы попали в разные факультеты, в глазах каждой появились одинаковые ужас, отчаяние, страх и боль. Непонимание происходящего, отчаянный отказ верить в реальность. И на следующий день, встретившись в большом зале, мы крепко обнялись. Как будто пытались обменяться телами, мыслями - всем, что существовало в нас в тот момент. И шли в совятню, держась за руки. Для нас пока ещё не существовало границ. Разные факультеты их поставили позже, многим позже. Мы всё так же вместе совершали вылазки в Хогсмид, запрещённые и не очень; устраивали гулянки; разыгрывали друзей. Знать бы, что всему этому настанет конец через несколько лет... Всего, всего было бы вдвое больше! Как жаль, что никто из нас не смог получить "П" за прорицания.

James Sirius Potter
Ты совсем не Ланселот, Дон Кихотом и не пахнет,
Для меня - обычный сноб, сволочь, каких в мире мало.
Всё по-дружески, шутя, правда, ну не обижайся.
Не отстану от тебя никогда, как ни старайся.

  Сын избранного! Мерлин, если бы ты знал, Сириус, как я ненавидела эти статьи. Слава Гарри Поттера была настолько велика, что меня от неё тошнило. От всей семьи я только и слышала, что "Поттер, Поттер, Поттер!"... И когда курсом младше меня появился один из представителей этой семейки, я думала, что застрелюсь. "Пти гарсон!"- цитировала я твою тётку, топая ногами в своей комнате. Никто не мог меня понять, такое проявление эмоций... Либо ты сделал мне что-то ужасное, либо я в тебя влюбилась. Нет! Нет-нет-нет! Мне нравился Тед Люпин, Тедди. Его мягкие тёплые глаза, шершавые ладони, и меняющие каждые пять минут цвет волосы. Ты же был эдакий надушенный француз. Даже от всех вместе взятых аристократов Слизерина, моего любимого факультета, не разило такой манерностью и аккуратностью. Как бы по-хулигански расстёгнутая рубашка для меня не выглядела такой, всё было просчитано до мелочей. И ещё вначале ты носил очки. Ты был для меня ботаником с аккуратной причёской и попыткой быть раскрепощённнее.
  Что я в тебе нашла? Не знаю, в один прекрасный момент мне стало скучно. И вдруг показалось, что поиграть с тобой в любовь будет интересно. А чтобы я была заметнее на фоне остальной серой массы, стала звать тебя только вторым именем. Когда я перешла черту, и перенесла игру в реальность - не понимаю. Но так случилось. Уже не жалею об этом, мне кажется, что я тогда сделала правильный шаг. Ты стал свободнее. Ты стал верить в свой успех и покорять женские сердца. Мои интересы тоже поменялись. И к счастью, потому что продолжить с тобой роман равносильно самоубийству.
  Ты ужасный сноб! У тебя отвратительнейший характер! И всё равно, Поттер, я тебя по-дружески люблю. Ты сволочь, так и знай.

Jessica West
Слышишь, подружка, дождь за окном,
Жаль, что сейчас мы с тобой не вдвоём.
В разных квартирах, домах, городах...
Но я собираюсь к тебе впопыхах.
Смотрю на луну, а вижу тебя,
Скучаю безмерно, пишу письма любя.
Да, нашу дружбу уже не разрушить,
Пожалуй, объятия её нас задушат!..

  Это было странно, попасть в Слизерин, не имея у себя в роду аристократов, спонсоров школы, членов попечительского совета... Мерлин, да что уж там, Люпины и Уэсты прославились в кругах приспешников Дамблдора! И тут вдруг Слизерин. Я ждала гонений со стороны всех однокурсников, когда ты идёшь к столу своего будущего дома, а никто не подвигается, чтобы освободить для тебя место, никто не хлопает приветливо по скамье возле себя... Меня распределили раньше, чем тебя. И поэтому я, не глядя на других студентов, толкнула какую-то старшекурсницу плечом и улыбнулась, предлагая сесть рядом. Дружба началась?
  Отнюдь. Я была просто девочкой, которая решила сидеть рядом. Я была просто забывчивой однокурсницей, которая, однако, вспоминала совсем не вовремя о своём мнении и тут же высказывала его. Боггарт тебя задери, я тебя достала.
  А вот ты... Ты была для меня какой-то тихоней. Холодная, скользкая мышь. Почему не рыба? Потому что у рыб серебристая чешуя, и они заметны. Ты же не хотела высказывать мнение, как мне казалось(на деле - просто держала нейтралитет). Попробуй объяснить это мне, неугомонной девчонке. Я своё мнение изменила только спустя несколько месяцев, когда ты нагрубила то ли Гриффиндорке, то ли Рейвенкловке, вступившись за меня. "А она не промах!"- подумала я. И подумала, что мы, наверное, должны держаться вместе.
  Жалели ли мы? Не думаю, уже шесть лет мы вместе, бок о бок. Ты стала для меня больше чем подругой, сестрой! Андромеда уже не могла понять меня настолько, насколько ты понимала меня, а я тебя. Ты начинала фразу, я её заканчивала. По одному взгляду понимала, что ты хочешь. Мы повторяли движения друг друга, не тени - отражения. Отражения друг друга. Даже одеждой менялись, тумбочки были сдвинуты и всё, что стояло или лежало на них было общим. И когда началась война, я не задумываясь выбрала ту сторону, которую выбрала ты. Точнее, просто посмотрели друг на друга и поняли, что вдвоём поможем своему факультету, тёмным, лорду! Круцио мне в зад, я всегда мечтала о вступлении в ряды УПСов, а ты... Ты просто улыбалась в ответ на мои реплики? Может, это было одобрение и поддержка?

Kasandra Black
Слои шелков, слои красивых тканей...
Наряд похож на торт, печенье, пряник...
Она, бесспорно, чопорна, красива.
Другой вопрос: возможно ль быть счастливой?
Человек настроения. Сотни жестов, гримас, взглядов. Причём меняются они каждую минуту. Стало быть, от неё быстро устаёшь: мельтешит, мельтешит... Вовсе нет. Присущая всем аристократам холодность сначала отпугивает, но потом девочка раскрывается. Почему-то всегда напоминала цветок. Длинные красивые волосы струятся по спине, шёлковые красивые платья, туфли на каблуках, изящные перчатки, шляпки с вуалями... Кажется, она сошла с картин, что пачками висят в коридорах школы. Какой там век? XIII-XIV? Нет, современность.
Младше, аж на два года. Чур меня, чур! Не люблю младшекурсников, очень не люблю... Но что делать, милая, если эта деточка подружка брата твоей же подруги. Санта-Барбара, как выражаются маглы. Сколько уже лет этому сериалу? Очень много, а всё никак не могут забыть. Но, между тем, мы не близкие подруги. Приятельницы, со стажем, общаемся хорошо, нам весело вместе... И всё же, я не умею доверяться людям настолько. Только если не выпью, но она же чистокровная, аристократичная особа. Где ей опускаться до нас, смертных, с бутылкой медовухи в руке?

Mary-Victuar Weasley

Natali Lestrange

Peeves

Rosa Weasley

Vivien Weasley