Начало литературной деятельности, 2 года назад.
Название: Венский вальс.
Пейринг: Драко Малфой/Джинни Уизли.
Самари: Говорят в Хеллоуин духи предков выходят в наш мир. Может быть для того, чтобы соеденить 2 сердца?
Венский вальс.

Гостиная Гриффиндора. На столах лежат забытые кем-то учебники, домашние работы, перья, чернильницы. Гермиона спустилась в гостиную и с удивлением обнаружила в одном из кресел Джинни.
-Эй,- Гермиона дотронулась до плеча девушки.- Джинни, проснись. Джинни.
-Что случилось?- разлепила глаза Джинни.- Я что уснула в гостиной?
-Видимо так,- Гермиона посмотрела на стол, перед которым сидела девушка. На нём лежала книга.- Ты готовилась к зельеварению?
-Угу,- кивнула Джинни.- Я пойду, мне ещё надо переодеться, расчесаться… Ну, в общем ты понимаешь,- девушка поднялась по лестнице и скрылась за дверью, которая вела в спальню девочек. Гермиона тоже последовала за ней. На полпути остановилась, вернулась к столу, скатала в свиток работу по травологии и поднялась в спальню. Уроков сегодня не было. Суббота. Хеллоуин. Значит можно почитать.
***
В гостиной Слизерина сидели Малфой, Крэбб и Гойл.
-С кем вы идёте на балл?- поинтересовался Малфой.
-Ну, мы это, никого не звали,- растерялся Крэбб.- А что, надо было?
-Нет, но там же будут танцы. Хотя вам в принципе не надо никого звать,- ответил Драко.
-А ты с кем идёшь?- спросил Гойл.
-С Пэнси, с кем же ещё?- ухмыльнулся Малфой.
-А ты не боишься её с кем-нибудь перепутать?- поинтересовался Крэбб.- Всё-таки балл-маскарад.
-Не говори ерунды Крэбб!
-Но вы же будете в масках…
-Но мы же вместе выйдем из гостиной! И мы будем знать, у кого какая маска! Включи мозги, Крэбб!
***
Начался праздник. Золотые тарелки на столах наполнились едой. Сегодня домовые эльфы постарались на славу. Столы ломились от изобилия блюд. Рон и Гарри наложили себе полные тарелки еды.
-Рон, неужели ты всё это съешь?- поинтересовалась Гермиона. На самом деле ей хотелось побыстрее закончить с ужином, ведь Рон пригласил её на первый танец.
-Конечно, съем,- ответил Рон и принялся за еду.
-Ну, не буду вас задерживать!- поднялся со своего места Дамблдор, когда тарелки опустели.- Начнём веселье!
Тут же заиграла музыка. Вальс. Все разбились на пары. Джинни танцевала с Колином Криви, Луна с Невиллом, Гарри с Чжоу, Гермиона с Роном, Драко с Пэнси...
Потом был второй танец, третий, Пэнси стало жарко и она пошла за лимонадом, Колин танцевал с Луной. Драко стало скучно, Пэнси долго не было. Вдруг он заметил одинокую фигурку в другом конце зала. Парень подошёл к девушке и пригласил на танец. Музыка играла громко. Со всех сторон слышался смех. Драко просто протянул руку девушке, и она приняла его приглашение. Они закружились в Венском вальсе. Девушка словно летела по воздуху, почти не касаясь ногами пола. Малфой был восхищён. Когда музыка кончилась, он шепнул ей на ухо:
-После праздника возле озера.
Точнее не шепнул, ведь шёпот в этом разнообразии голосов не услышишь, а сказал, чуть повысив голос.
***
Ночь была холодная и ветреная. На Джинни была только парадная мантия, которая совсем не защищала от холода. К ней приближался парень.
-Давай прогуляемся?- спросил Драко.
-Давай,- согласилась Джинни. Они ещё не сняли маски и не могли понять, кто есть кто.
-Ты великолепно танцуешь,- Малфой остановился.
-Спасибо,- улыбнулась Джинни.- Ты тоже.
-Ты… Ты необыкновенная. Знаешь, я ещё никогда не встречал такой девушки, как ты,- Драко взял Джинни за руку. Та смутилась и попыталась высвободиться, но парень уже притянул её к себе. К чёрту Пэнси, решил он, когда рядом есть она! Джинни чувствовала его горячее дыхание, парень приблизил лицо в плотную. Кто же он, подумала девушка, но в следующий миг все мысли утонули в поцелуе.
-Давай снимем маски,- предложил Драко и первый сдёрнул её с лица. А вот девушка медлила. Джинни не могла поверить, что этим любезным незнакомцем окажется Драко Малфой.- Ну что же ты медлишь?- спросил он. Джинни неуверенно сняла с лица маску, и Малфой вытаращил глаза. Он ожидал увидеть кого угодно, но только не Уизли. А ведь ему показалось, что он влюбился! Или не показалось. Девушка потупила глаза.
-Я… Я пожалуй пойду выдавила она из себя и развернувшись чуть ли не бегом кинулась к замку. Драко же не спешил идти. Он не мог понять, что привлекает его к Джинни. Уизли – предатели крови, а ему не престало общаться с такими, но всё равно он не мог подавить разгорающийся в груди огонёк надежды, что он тоже ей не безразличен.
Все однокурсницы Джинни давно спали. Джинни надела пижаму и легла на кровать, задёрнув полог. Она думала о Малфое. Как, как ей мог понравиться этот, этот… Джинни не знала, как его назвать. Девушка думала, что наверняка он не испытывает к ней никаких чувств. Как же, Малфой и Уизли. Это как небо и земля! Джинни ещё долго ворочалась в постели, пока, наконец, усталость не взяла над ней верх и девушка не забылась тревожным сном.
***
Джинни сидела в большом зале и уныло ковыряла в тарелке ложкой. Девушка не могла съесть ни кусочка пудинга. Джинни обвела взглядом большой зал. За Слизеринским столом она встретилась глазами с Малфоем. Он улыбнулся ей, и девушка робко улыбнулась в ответ.

Дневник Сириуса Блэка.

Ох, какой я сентиментальный, веду дневники. Это изрёк вообще –то Джеймс. Просто мы нашли дневник Скарли Финиган. Бедная девочка, забыла его в гостиной. Иронизирую, не бойся. Забыла, значит, в гостиной, а мародеры нашли. Ну, а что она хотела? Вот такие мы любопытные. Прочитав пару записей о его безответной любви к Фрэнку Лонгоботтому, мы положили его на место. Обычные розовые сопли, ничего интересного. Тогда-то Джим и сказал, что дневники ведут только сентиментальные и одинокие люди.
Да нет, я не такой. Просто мне хочется оставить все дни в своей памяти. А с моим плотным графиком праздников это очень тяжело.
К чему я это всё, утро выходного дня, первого выходного дня прошло просто прекрасно. После этого мы стали сочинять заметки из разных дневников разных девушек. Вот например:
«Ах, Поттер, какой он крутой. И такой милый, но я не решусь сказать ему о своих чувствах… О, Джеймс, он…»- Сохатого просто понесло. Ну, разумеется, он «писал» от лица Лили. Эта чудная девчонка навряд ли напишет такое про старика Джимми.
«Ты сделал мне гадость? Держи сплетни в школьную газету. Питегрю не смог сам расчленить лягушку, чтобы скормить её сове на УЗМС!»- Скиттер. Наша милая Рита. Эта девчонка сводит меня с ума своей непосредственностью, но ничего серьёзного. Просто она очаровательна в этих магловских синих джинсах и торчащей во все стороны причёской. Отвлёкся, прости.
«Хм, интересно, а подойдут ли эти туфельки к костюму Джека? А то Паркинсону придётся надевать что-то другое…»- о, разумеется, уважаемая Элмист. Слизеринка, помешанная на моде и розовых атласных туфельках. Ей только с Долорес дружить.
«Представляешь, дорогой дневничок, он не стал меня слушать. Но я сделала по-своему, просто засадила этого наглого первокурсника писать строчки. Моим любимым кровавым пёрышком». Амбридж та ещё садистка, не удивительно, что её сторонятся все представители сильного пола. Вообще дневники последних двух додумывал Лунатик. Луни так старался тихо войти в комнату, что даже Хвост, прикорнувший было в тёплом мягком кресле, заметил его.
После обеда у нас была тренировка по квиддичу. Наконец-то я смог в полной мере насладиться своей новой метлой. Охотник в этом году, я уверен. Но вчера я был ещё и вратарём. Как мне опостылели эти кольца, хочу кружить по полю. А ещё было бы неплохо зарядить бладжером в Слоупера, что всё пытается меня обойти на моём посту. 07.09.1987.

Да, милашка Эванс, Бродяга снова тебя подставил. Чего не сделаешь ради лучшего друга. И не дуйся на меня, я не виноват, это всё сохатый. Этот рогатый парень скоро получит от меня хорошего пинка!
Собственно, в чём дело-то. Джимми снова попросил меня стать козлом для баранов, то есть привести Эванс в выручай-комнату к нему. Учитывая возраст Сохатого, я догадываюсь, во что она там превратилась. Тайные желания, блин. Я не намекаю, что Джим один такой в своём раде на 7 курсе. И не намекаю, что Эванс – овца. Просто Лили всегда доверяет мне. Посмотрел на себя в зеркало, понял в чём дело. Глаза у меня добрые. Прямо как у новорожденного. Хотя если верить моим детским дневникам, глаза у Регулуса были злые и убийственные. А вырос такой добрый мальчик, женственный и нежный. Что я пишу? Нет, последнюю фразу нужно зачеркнуть. Собственно, я же о Лили. Забалтывая ту, я медленно вёл девушку к цели.
«Ой, Лили, мне нужно отлучиться кое-куда,»- смущённая улыбка дала понять, думаю, что мне нужно было в туалет. Вернее мне не надо было, но пришлось.-«А позаниматься лучше отдельно, хотя бы в выручай-комнате. Вон и дверь есть, я потом подойду». Стоя за углом, я засекал время. Я был уверен, что Эванс выскочит в коридор с жутким визгом уже через секунду. Я провёл в коридоре 2 часа, наконец мне надоела эта слежка. Мало ли, может Джеймс случайно убил малышку? Я решил посмотреть. О чудо, прямо в этот же момент открылась дверь. Оттуда выскочила Лили и, спотыкаясь, побрела по коридору. Остановившись за углом, она прошептала «Какая я дура». А я стал делать из себя шута, как будто я только что пришёл. Нужно было видеть её взгляд. 2 часа в уборной – не шутки. А потом вышел Джеймс. И рассказал мне всё. Этот чудик умудрился как-то уговорить Лили встречаться с ним. Зуб даю, обещал покончить жизнь самоубийством. Только почему Лили ходит такая счастливая?
-Признавайся, негодяй, что ты ей дал? Экстази, ЛСД? А?
-У, Бродяга, какие у тебя мысли,- скорчил тот рожу.- Отнюдь, мы вошли в уютную гостиную, поговорили по душам. И она сказала, что я ей нравлюсь.
-Она была под империо,- вынес я вердикт.
-Да нет же! Всё было честно!- и ударив меня подушкой, он поднялся в комнату. А я остался в кресле, сжимая подушку в руках. Может, мне так же поступить со Скиттер? 08.09.1987.

Уроки – зло. А первыми были, как назло, заклинания. Сев с Ритой, я сразу перешёл к наступлению. Через минуту уже мои вещи летели на заднюю парту, к Джимми. Свою тушку нёс туда я, потому что мне было жаль хрупкой ножки Риты. Да нет, просто эта Когтевранка, круцио её через империо, дала мне смачную затрещину и предложила два варианта: либо я иду от неё подальше сам, либо лечу вслед за вещами. Я выбрал первое.
Джеймс ржал, другого слова не подобрать. Ну вылитый конь. Только Эванс сочувственно похлопала меня по плечу. Обожаю Эванс, отобью у Сохатого и возьму в жёны. У нас будут тёплые дружеские отношения в семье, а дети появляются и не по любви. 09.09.1987.

Лили согласилась выйти за меня замуж. Теперь она живёт на 2 семьи. Гуляет с Сохатым и готовит мне еду. Луни сказал, что я большой обжора и наглый тип. Вообще, глядя на наши выходки, он только ухмыляется. Говорит, что больших идиотов в жизни не видел. А я подозреваю, что он тоже хочет, чтобы Эванс вышла за него. Бугага, моя Лили просто нарасхват. Ошибочка, Лили Сохатого просто нарасхват. Чёрт, он меня поймал.
Да, я веду дневник.
Нет, я не дурак, потому что пишу тебе ответы в дневнике.
Заткнись, Джимми, а то я засуну эти листы тебе…
Ах, говоришь, как раз кончилась туалетная бумага?
Я даже знаю почему.
Нет, я тебе не расскажу.
Иди уже отсюда!
Ушёл, слава Мерлину. Пришла Эванс. Поцеловала. В щёку, куда ещё. Да, моя жёнушка принесла эклеры. Оо, я её обожаю! 10.09.1987.

Ох уж мне этот Поттер, это ведь невозможно! Разбудил, самым наглым образом разбудил, в 7 утра! Хотя в это время я должен был быть в большом зале, я всё равно запустил в него свою подушку. Забыл, что засунул туда свои учебники. Теперь Лили со мной не разговаривает, а Джимми красуется фингалом под глазом.
Какие мы нежные, куда деваться. Придётся перепрятывать дневник, хотя там же всё, что было днём. Пусть лежит на видном месте, не найдёт. Сохатый слепой, как крот. Всё, что спрятано, найдёт без труда. Всё, что лежит под носом, будет искать долго и упорно.
Просил прощения у Лили, обещал не ревновать её к Сохатому. Лунатик сказал, что не знает меня. Хвост в восторге от нашей игры в дочки-матери. Предложили ему быть общим сыном, он обиделся и ушёл. Ну какой из него муж? Да и потом, что Лили будет для него делать? Все роли заняты. Ремус согласился быть сыном, теперь лежит, завёрнутый в балдахин и с пустышкой во рту. Хей, Луни-Муни, не обижайся! 11.09.1987.

Остался ещё один день и начнётся грандиозный праздник. Мы всю неделю не пьём и не курим, так мило. Как пояснила Лили, мы хотели, чтобы родился здоровый ребёнок. Лунатик здоров и весел, весь лохматый, скалится и воет. Да, теперь Лили посвящена в нашу тайну. Эта детка, представляешь, не привлекает внимание оборотня. Хотя будь я оборотнем, давно бы её укусила. Была бы такой очаровательной волчицей. Ой, не бей меня, Лили, я же шучу!
Джеймсу по почте прислали волшебное радио. Включили, о чудо, какая-то группа «Fleur». Магическая. Нас всех покорила, вся «семья» сидит в трансе и слушает по кругу песенки. Теперь Хвост говорит, что мы идиоты. Ну и пусть, он просто завидует. Я предлагал ему быть дочкой. Любовником. Он не согласен. Ну и сам виноват, нужно было соглашаться, когда предлагали нормальную роль. А теперь это чудо сетует на жизнь.
Снова ходили на поле, летали на метле. По очереди ловили Лили. Это ужасно, она не может пролететь и 10 метров, чтобы не свалиться с метлы. Зато на зельях она нас просто спасает, Слизнорт довольно улыбается и корит малышку за то, что та не ходит в его клуб. Милашка Эванс робко улыбается и говорит, что не хочет. Я бы тоже не пошёл, завтра будет массовое гуляние. И нужно приготовиться. 12.09.1987.

Никак не мог дождаться конца уроков, сразу же побежал на кухню. Набрали еды, Джимми слазил в Хогсмид и купил выпивки. Старик Абефорт считает нас лучшими покупателями за всю свою жизнь. Лили снова имитирует обморок, чтобы мы не пили. А мы пьём. И будем, это пятница. И вообще, у нас сегодня праздник. Наш Луни-Муни стал взрослым. 17 лет как-никак, не шутки. Жаль, что быстро отползает в угол похрапеть. После 4 стакана огневиски он пробормотал какой-то тост и ушёл к камину. Больше его не видели. Только храп свидетельствовал о нахождении его в гостиной. Следующим был Хвост. Потихоньку остальные семикурсники разбредались по креслам, остались самые стойкие. Я, Джимми, Лили и Фрэнк. Фрэнка мы споили, стала очередь за Лили. Та противилась, но мы были настойчивы. Спокойных снова, малышка Эванс, она буквально осела на пол и уронила голову на грудь. Ну да, неподготовленный молодой организм… Сидит на коленях у Джеймса и тихо сопит в 2 дырочки. Ой, чувствую, пора нам с Сохатым на покой. Ты не думай, я не тунеядец-алкоголик, я просто люблю вечеринки. 13.09.1987.

Ничего не помню, голова гудит жутко. Как будто самолёты летают в моём мозге. Пожалуй, посплю ещё…. 14.09.1987.

Цикл "Королевский чёрный цвет..."

Талия в корсете по моде прошлого века,
В Лондоне, стоит возле кабриолета,
Ветер играет с её смоляными кудрями,
А она по сторонам стреляет глазами.

Резкий, холодный взгляд. Цепляет.
И знамо дело не к добру, если им провожает.
Она так тонка, как осинка, гибкая, стройная.
И в закрытых платьях ни намёка на непристойности.

Тень волнения на бледном лице, не проходит,
И улыбка чуть пробегает, но сразу уходит
Всегда. Даже когда он появляется,
Обнимает и нежно зовёт «Красавицей».

Но Рудольфус для Беллы никто, пока лорд рядом,
Вся манерность уходит вдруг, а местность-то необъятна,
И так преданно, нежно, с любовью заглядывает в глаза,
Так в победе уверенна, что не прячет в перчатках «туза».

Право, статность и гордость – истинно Блэков, вглядитесь,
Она идёт, а все сразу же падают ниц,
Незаметен никто рядом с ней, слишком яркая,
Но вблизи – хрупкая, ненадёжная, шаткая.